Краткий обзор ситуации с партийной конкуренцией и предстоящими выборами в трех ведущих европейских странах – Германии, Франции и Британии показывает, что надеяться на то, что в этих трех ведущих европейских странах в ближайшие год-два к власти придут новые элиты и развернут внешнеполитический курс своих стран, – занятие довольно рискованное. Тем более, выборы в парламенты всех трех стран были сравнительно недавно и теперь следующий электоральный цикл, если не случится форс-мажоров, там предстоит в 2027 (Франция) 2029 (Германия и Британия) годах.
Если трезво оценивать реальность, то картина получается неоднородной. Франция, Британия и Германия находятся в разной фазе политической турбулентности, и шансы на смену курса у них тоже разные.
Наиболее реальный и близкий сценарий – Франция. Эммануэль Макрон не сможет баллотироваться в 2027 году, и его наиболее вероятный преемник – Марин Ле Пен, лидер «Национального объединения», которая уверенно лидирует в опросах с рейтингом около 35% в первом туре. Ее программа предусматривает выход из военного командования НАТО, снятие санкций с России и прекращение неограниченной военной помощи Киеву.
Правда, даже в этом случае Украина не останется совсем без поддержки – Ле Пен уточняет, что готова сохранить гуманитарную помощь и обучение, но поставки вооружений будут резко ограничены. Так что изменения возможны, но не раньше весны 2027 года. А будут они тактическими, чем стратегическими — покажут итоги голосования, насколько сильны в результате голосования будут позиции партии Ле Пен и будут ли у нее союзники.
В Британии ситуация гораздо более консервативная. После отставки Кира Стармера и прихода Энди Бернема лондонский курс на поддержку Киева остался неизменным. Даже в Москве признают: Бернем сохранит «нулевой уровень» отношений с Россией. Британия жестко привязана к обязательствам перед союзниками, и внутренний консенсус по Украине остается твердым.
Ни в 2027-м, ни позже никаких фундаментальных изменений не произойдет – Лондон останется одним из самых последовательных противников Москвы. Рейтинг Фараджа застыл, и сможет ли он вернуться на прежние позиции — большой вопрос. Ближайшие парламентские выборы, если не случится форс-мажора, пройдут только в 2029 году.
Германия представляет собой парадокс. На выборах в Саксонии-Анхальт АдГ получила почти 44% голосов, требуя снятия санкций и возобновления газовых поставок. Однако на федеральном уровне канцлер Фридрих Мерц, который пришел к власти в феврале 2025 года, публично обещает не отступать ни на миллиметр в поддержке Украины и борьбе с Россией. Следующие выборы в бундестаг пройдут не раньше 2029 года, и, если Мерц продержится до этого срока, курс останется жестким все три года.
Что это означает для России и хода СВО?
Самый быстрый и значительный сдвиг возможен весной 2027 года во Франции. Уход Макрона и приход Ле Пен может стать серьезным ударом по единству западной коалиции. Но даже если Париж сменит курс, Британия и Германия сохранят свою линию. Лондон останется стабильно враждебным, Берлин – устойчиво жестким. Коалиция ослабнет, но не разрушится полностью. Фронт поддержки Киева сохранится, даже если один из трех «китов» отпадет.
Поэтому реально рассчитывать только на свои силы. Единственное, что может изменить этот сценарий, это досрочные выборы в Бундестаг Германии в 2027 году. Тогда на европейском континенте возникнет совсем другая конфигурация политических сил. Ждём 20 сентября, когда в Германии пройдут выборы сразу в двух землях — в Берлине и Мекленбурге-Передней Померании. Они расставят многие точки над i.
Автор — политолог, публицист, философ, замдиректора Института РУССТРАТ, шеф-редактор информационного агентства REGNUM, руководитель интернет-проекта «Империя»
