6 апреля на Украине начала работу конституционная комиссия, которая должна реформировать основной закон страны. В нее вошли 72 человека: эксперты международных организаций, представители парламентских фракций, украинские ученые а также бывшие президенты страны. Председатель Комиссии и одновременно глава Верховной Рады Владимир Гройсман обещает работу стахановскими темпами — по его словам, изменения в конституцию будут внесены до проведения местных выборов в октябре 2015 года.
Так, одной из задач новой конституции был процесс децентрализации. Однако Петр Порошенко заявил, что новая конституция не будет подразумевать никакой федерализации Украины — процесса, который независимые эксперты рассматривают чуть ли не как единственный способ сохранения украинского государства в виде эффективного проекта или даже в виде проекта вообще.По словам Порошенко, федерализация — «это как инфекция, как химическое оружие, которое нам пытаются навязать извне, и это единственная модель, которой пытаются разъединить Украину». Вместо этого власти планируют провести децентрализацию по примеру западного соседа. «Польша стала одной из ключевых стран ЕС благодаря не только экономическим реформам… но и широкой политической реформе по изменению Конституции, системе государственной власти и управления. И именно польская модель децентрализации ляжет в основу конституционных изменений в этой сфере на Украине», — заявил украинский премьер Арсений Яценюк.
Вот только проблема в том, что польский премьер в данном случае не показателен.«Никакой децентрализации в Польше нет, — говорит полонист Дмитрий Офицеров-Бельский. — Есть определенная субсидиарность, когда те вопросы, которые могут быть решены на месте, там же и решаются. Это здоровое самоуправление, но не стоит путать самоуправление и децентрализацию — последняя всегда имеет ещё и политическую составляющую, и в Польше ее нет». По словам эксперта, Яценюк привел сравнение с Польшей потому, что, «возможно, просто хотел сделать комплимент польским друзьям, которые очень гордятся своим опытом преобразований. А может готовится пригласить польских советников».
В процессе подготовки поправок к конституции власти отказываются не только от политической децентрализации, но и от выполнения минских соглашений.Напомним, что 11-й пункт минских соглашений предполагает «проведение конституционной реформы в Украине со вступлением в силу к концу 2015 года новой конституции, предполагающей в качестве ключевого элемента децентрализацию (с учетом особенностей отдельных районов Донецкой и Луганской областей, согласованных с представителями этих районов)». А с представителями ЛНР и ДНР ничего не согласовывается, и заседания Комиссии проходят без их участия. «Никаких приглашений мы не получали, никого из наших представителей там нет», — возмущается спикер Народного совета ДНР Андрей Пургин.
У Киева есть свое объяснение отсутствию политического диалога с самопровозглашенными республиками. «Наш диалог с востоком — это разговор исключительно с законно избранными представителями, а не российскими бандитами и террористами. Мы ждем выполнения Россией минских договоренностей и проведения честных и прозрачных местных выборов, чтобы инклюзивный диалог подготовки изменений в конституцию обязательно привлекал представителей всей страны», — говорит Арсений Яценюк. И формально эта позиция имеет право на существование — минские протоколы обязывают Украину вести консультации с ДНР и ЛНР по конституционным поправкам, однако они также обязывают провести на Донбассе выборы, и теоретически Киев может настаивать на принципе «сначала выборы, потом диалог». Однако выборы на Донбассе должны пройти на приемлемых для ДНР условиях, а не на тех, которые Украина прописала в недавно принятом законе о статусе занятых ополченцами территорий.
В результате сейчас Киев, выставивший подобные требования, оказался в ловушке. Если он продолжит требовать проведения выборов на своих условиях для вовлечения ополченцев в диалог по конституционным поправкам, то ополченцы не просто не примут эти поправки, но и на законных основаниях по пункту 9 Минских соглашений оставят себе контроль за границей. Если же Украина уступит и на Донбассе действительно пройдут прозрачные выборы на устраивающих ДНР и ЛНР условиях (на что Яценюк уже заочно согласился в ходе своего визита в Берлин), то у власти окажутся те же самые люди, которых он называет «бандитами». Конечно, Москва может спасти лицо Киеву и поспособствовать приходу по итогам выборов в республиках новых лиц, но в чем смысл делать подобные одолжения киевскому режиму?
Таким образом, нынешняя конституция не решает задачи Донбасса. А если конституционный путь реинтеграции не сработает, то Украине нужно будет искать иные сценарии по возвращению Донбасса или хотя бы сохранению статус-кво. И эффективных среди них нет.
Так, в рамках одного из этих сценариев Киев может попытаться вернуть Донбасс военным путем. Проблема в том, что этот сценарий обречен на поражение, поскольку Россия не даст Украине повторить на Донбассе сценарий Сербской Краины. И необязательно военным путем — степень поддержки Россией ополченцев будет прямо пропорциональна степени угрозы им со стороны ВСУ.
Второй сценарий предполагает автономное существование по типу Приднестровья, Карабаха или Абхазии до 2008 года. Однако проблема в том, что Донбасс отличается от других непризнанных республик постсоветского пространства в куда более худшую для бывшей метрополии сторону. В отличие от того же Приднестровья, он граничит с дружественной страной, и (в отличие от ситуации с Карабахом), эта страна очень влиятельная и способна гарантировать ему абсолютную защиту. При этом, в отличие от Абхазии и тем более Южной Осетии, в Донбассе живут несколько миллионов человек, что делает долгосрочное замораживание конфликта (и, соответственно, их статуса) крайне сложной задачей.
В итоге без конституционной реинтеграции Донбасс продолжит дрейфовать в сторону окончательного отделения от Украины. И развязка в конечном случае обязательно наступит. При наиболее оптимальном для Украины сценарии — в виде одностороннего признания со стороны России, однако при самом плохом раскладе она может наступить в виде международного признания независимости Донбасса по итогам окончательной дезинтеграции Украины, не выдержавшей груза экономических и социальных проблем, связанных в том числе и с постоянным поддержанием высокого уровня мобилизации общества. Именно поэтому на Украине уже раздаются осторожные голоса о том, что, возможно, в нынешней ситуации лучше вообще отказаться от Донбасса. По даннымForbes, со ссылкой на одного из членов Российского Совета Промышленников и Предпринимателей, встречавшихся 19 марта с Владимиром Путиным, такой идеи придерживается и Петр Порошенко. По крайней мере, со слов российского президента. «Он мне прямо сказал: «Забирайте Донбасс”. Я ему ответил: «Сбрендил, что ли? Мне Донбасс не нужен. Если вам не нужен, то объявите о его независимости”, — рассказывал Владимир Путин членам РСПП.
Однако здесь есть проблема прецедента. В трактовке украинских властей ситуация на Донбассе мало чем отличается от ситуации в Крыму — разве что отсутствием официального включения «оккупированного Донбасса» в состав России. И если Украина отказывается от Донбасса, то снимаются все психологические барьеры для отказа от Крыма. А это автоматически снимает и ряд претензий к России со стороны мирового сообщества, понижая тем самым ценность нынешней украинской элиты в глазах ее западных друзей.
Геворг Мирзаян
