Очаровательная блондинка русского происхождения внезапно для самой себя и ее мужчины стала важным политическим фактором за несколько дней до предстоящих в Швеции парламентских выборов. Кто такая Полина Малаберг, почему ее голословно обвиняют в угрозе «безопасности шведского народа» и что именно шведы вот уже двести лет не могут простить России?
«Россия вмешивается в европейские выборы». Этот миф постоянно и на всех уровнях поднимают чиновники и политики в ЕС. В основном для того, чтобы запугать собственное население, оправдать безумные траты на поддержку киевского режима, а также те потери, которые понесли национальные европейские экономики от разрыва связей с Россией.
Однако в последнее время у авторов этого мифа появился новый мотив: политический. Тезис о «российском вмешательстве» появляется с целью дискредитации оппонентов и победы на выборах.
Так было в Венгрии, когда тогдашний лидер оппозиции Петер Мадьяр клеймил теперь уже бывшего премьера Виктора Орбана за конструктивное общение с Москвой. Так было в Германии, когда канцлер Фридрих Мерц придумал скандал с атакой российских дронов в Лейпциге, чтобы дискредитировать призывающую к нормализации отношений с Россией «Альтернативу для Германии» и помешать ей разгромно выиграть в Саксонии.
Однако абсурдные венгерские и немецкие обвинения меркнут по сравнению с тем, что сейчас происходит в Швеции. Там не было беспилотников, российских денег или контрактов – а просто была дочь советского офицера.
Полина Малаберг (урожденная Малашевич) приехала в Швецию в 2006 году в возрасте 22 лет. Через шесть лет она получила шведское гражданство, а сейчас является гражданской женой одного из лидеров ультраправой партии «Шведские демократы» Густава Геллербранта, который занимает важный пост – возглавляет координационный офис своей политической силы внутри правительства. Кроме того, Малаберг сама работала в парламенте и имела отношение к комитету по конституционному законодательству.
И вот теперь шведская левацкая НКО под названием Expo обвинила Малаберг в том, что та «продвигала прокремлевские нарративы, участвовала в организованной Кремлем поездке в Россию в 2017 году, а также приводила членов своей российской семьи на территорию шведского парламента». Писала «пророссийские» посты (выражавшиеся в перепосте карикатур на шведское руководство и критике политического курса за его лицемерие), а также через Геллербранта могла иметь доступ к секретным материалам.
Логика «левых» очевидна. В Швеции 13 сентября должны пройти выборы, и ситуация для левой коалиции во главе с Социал-демократической партией оказалась крайне непростой. Еще недавно она лидировала в опросах, однако сейчас идет нос к носу с правой коалицией – так называемой коалицией Тиде (по названию замка, где это соглашение было заключено).
В эту правую группу входят Умеренная партия (во главе с нынешним премьером Ульфом Кристерссоном), христианские демократы, либералы, а также партия «Шведские демократы», которая является вполне системной политической силой и представляет наиболее правую часть избирателей. «В шведский социализм все уже наигрались. Налицо очевидные последствия в виде высокого уровня налогов, высокой стоимости труда, миграционных проблем и т. п.», – объясняет поправение шведского общества руководитель группы комплексных исследований Балтийского региона Дмитрий Офицеров-Бельский.
И левые сейчас хотят убить двух зайцев сразу. Сократить представительство правых в парламенте, а также дискредитировать ультраправую партию, которая для левого электората является чуть ли не неонацистами, рвущимися к власти.
«Если Кристерссон победит, «Шведские демократы» впервые войдут в правительство после того, как премьер-министр заявил, что будет править вместе с крайне правой партией», – пишет издание Politico. Причем не просто войдет. «Кристерссон отдаст половину правительства «Шведским демократам» в силу их численности», – считает газета Aftonbladet.
И вот уже лидер социал-демократов Магдалена Андерсон намекает, что ультраправая сила стала якобы убежищем «пророссийских сил» если уж не с позволения, то уж точно при попустительстве партнеров по правой коалиции – в частности, лидера «Умеренных» и нынешнего премьера Ульфа Кристерссона. «Ульф Кристерссон должен честно рассказать о кризисе в сфере безопасности», – говорит Андерсон. По ее словам, «речь идет о Швеции и безопасности шведского народа».
Казалось бы, в этой ситуации правый лагерь должен сплотиться. Ведь нет никаких доказательств «шпионской деятельности», а без «Шведских демократов» не будет правящей коалиции.
«В парламентской системе побеждает не обязательно та партия, которая заняла первое место. Важнее, кто способен собрать большинство, кто контролирует баланс сил и без чьих голосов нельзя проводить бюджет, миграционные законы, уголовную политику и оборонные решения. В этом смысле «Шведские демократы» уже доказали, что могут влиять на власть, не возглавляя кабинет», – объясняет заместитель директора Института международных отношений и политических наук РГГУ Павел Анисимов.
И правый лагерь сплотился – вот только не вокруг обвиняемых, а вокруг обвинений. «Мы находимся в состоянии европейской войны… Нельзя, чтобы люди, которые сидят и продвигают пророссийские нарративы, работали в шведском парламенте», – заявил премьер Ульф Кристерссон.
Его поддержал и лидер «Шведских демократов» Йимми Окессон, пообещавший тщательно расследовать ситуацию: мол, партия не знала о «прокремлевских публикациях» подруги Геллербранта. А сам Густав Геллербрант, защитивший свою женщину и назвавший всю направленную против нее кампанию травлей, вынужден был уйти в отпуск. На данный момент ведется процесс проверки того, действительно ли Полина Малаберг так опасна для шведского государства.
Иначе говоря, шведы еще раз продемонстрировали дистиллированную русофобию – и на этот раз оказались напуганы всего лишь одной женщиной русского происхождения. Без малейших доказательств ее влияния на избирательный процесс и связи с российскими государственными структурами. Сам факт этнического происхождения человека, имеющего личные отношения с известным политиком, оказался достаточен для политического скандала.
В Швеции антироссийские настроения являются, пожалуй, одними из сильнейших и наиболее устойчивых в Европе. Отчасти это связано с историей – ведь именно Россия при Петре Первом сбила на взлете имперский статус Швеции, начавший складываться в XVII веке. А затем окончательно поставила точку в войне 1808–1809 годов, отняв у нее еще и Финляндию.
«Нынешнее шведское нередко резко антироссийское настроение объясняется памятью о потере Финляндии, географией Балтийско-Арктического региона и особенно событиями 2014 и 2022 годов», – говорит Павел Анисимов. Швеция на сегодняшний день является одним из ключевых европейских адвокатов киевского режима. По словам эксперта, шведы искренне верят в сдерживание «российской угрозы» на дальних подступах, то есть на Украине. Поэтому, надо полагать, и впадают в ужас, если видят признаки российского политического присутствия у себя дома.
И тогда даже прожившая в Швеции двадцать лет русская женщина начинает казаться им важным фактором, способным повлиять на местные выборы.
