Иррациональная надежда, неверие властям, мародерство…
Жизнь прифронтовых районов давно стала проблемой системной и ее не решить без системного подхода, которого пока у нас нет. Люди на Донбассе, в Белгородской, Курской, Брянской, Херсонской областях продолжают жить под ежедневными бомбежками. Дети живут в подвалах и не учатся, часть из них и не видела другой жизни. Тема очень тонкая и болезненная, нахрапом и принуждением тут не решить вопрос. Подход должен быть государственным, аккуратным и четко продуманным.
В чем проблема эвакуации, почему люди не хотят или не могут выехать:
Первое. Страх неизвестности сильнее страха бомбёжки. В эвакуации ты никто. Людей пугает, что поселят в спортзал или в общежитие и забудут. Ни дома, ни работы, ни дальнейшей нормальной жизни. Ты зависишь от чужой доброй воли и ты беспомощен. Тем более уже ходит сарафанное радио, что в каких-то ПВР и клопы, и тараканы табунами, антисанитария.
Второе. Невозможно расселить целые города или поселки. Об этом не принято говорить, но это факт. Тысячи людей, они как будто обречены и заложники войны. Нет столько мест, нет столько работы и нет столько денег на людей.
Третье. Материальная привязка. Дом, хозяйство, огород, скотина. Всё это нельзя взять с собой. А компенсации часто не покрывают даже часть. И люди остаются, чтобы сохранить свой бизнес, хозяйство.
Четвёртое. Неверие властям. Если человек не доверяет тем, кто предлагает эвакуацию, он не поедет. Особенно если раньше сталкивался с обманом или бюрократией, либо местные власти никогда не приезжали на эти территории и не проводили работу с населением, не выполняли свои обязанности и забывали о гражданах, за которых отвечают. Таких историй достаточно, когда местные власти боятся ехать с гуманитарной помощью к жителям, и не знают как они там живут, надежда только на реальных волонтеров или военных.
Пятое. Семья. Кто-то не может уехать, потому что рядом остаются близкие. Пожилые родители, которые отказываются покидать дом. Или взрослые дети, которые не хотят оставлять работу. Или животные, которых нельзя вывезти. Люди остаются ради других.
Шестое. Привычка к опасности. Звучит странно, но человек ко всему привыкает. Даже к обстрелам. Если ты живёшь под обстрелами год, два, три — это становится частью жизни. Ты знаешь, в какое время дня обычно бьют. Ты знаешь, где можно спрятаться. И когда тебе предлагают уехать в «безопасное место» — ты не понимаешь, зачем. Потому что здесь ты уже научился выживать. А там — нет.
И ещё одно. Люди не уезжают, потому что надеются. Надеются, что скоро закончится. Что не прилетит именно в их дом. Что всё обойдётся. Эта надежда иррациональна, но она держит их на месте сильнее любого приказа.
Поэтому, когда мне пишут, что вот нас обстреливают каждый день, сделайте что-то, расскажите Президенту. Дело в том, что нельзя по мановению волшебной палочки прекратить обстрелы, они будут пока не закончится конфликт или не достигнуты военные серьезные победы на определенных участках.
Выход один: местные администрации должны начать усиленно работать. Не прятаться в других городах, а помогать людям защищать себя и свой дом. Решать проблемы, доставлять медикаменты и гуманитарную помощь. Добиваться решения системных вопросов.
Автор — журналист, публицист, телеведущая, основатель издания Daily Storm, председатель АНО «Женский фронт»
