Учитывая бурную радость у нас и гробовое молчание по этому поводу у врага, стоит еще раз пояснить, что такое Константиновка. Оценки которой разнятся от «ещё одно бабкосело» до «скоро войне конец».
Константиновка, фигурально выражаясь, была южным замковым камнем Краматорско-Славянского узла. Город прикрывал подступы к Дружковке, Краматорску и дальше к Славянску с юга/юго-востока. Расстояние от Константиновки до Краматорска по дороге — около 32 км, то есть после потери города российская армия оказывается в непосредственной оперативной зоне главного украинского городского района ДНР.
Город представлял собой украинский буфер между российским давлением со стороны Торецка/Часова Яра и ядром агломерации. После её потери буфер исчезает. Теперь следующими логичными объектами давления становятся Дружковка, южные подходы к Краматорску, дороги снабжения, склады, ремонтные пункты, места развёртывания резервов и ПВО.
Здесь важно не впасть в закидывание шапками. Взятие Константиновки не означает, что завтра автоматически падают Краматорск и Славянск. Наоборот, после таких боёв наступающая сторона обычно получает разрушенный город, растянутые коммуникации, необходимость зачистки, инженерного закрепления, ПВО-прикрытия, разминирования и подвоза боеприпасов.
Россия получает отличное позиционное преимущество, но теперь вопрос в реализации. Краматорско-Славянская агломерация — это не один населённый пункт, а связанная городская система, примерно 50 километров по «фронту». Константиновка позволяет начать её вскрытие.
Украина теряет очень много. Константиновка позволяла держать российские силы на удалении от Дружковки и Краматорска. После её потери украинская оборона вынуждена смещаться глубже в агломерацию. Даже если основные дороги не перерезаны физически, они становятся опаснее. Для современной войны этого уже достаточно: FPV-дроны превращают вроде бы существующую дорогу в простреливаемую территорию, где очень сложно организовать логистику.
К тому же, Константиновка была одним из маркеров украинской обороны в Донбассе. После Бахмута, Авдеевки, Часова Яра, Торецка и Покровска её потеря ложится в один ряд: Россия медленно, но последовательно отжимает индустриально-городской каркас ДНР.
Россия получает новые возможности давления. Во-первых, можно усиливать огневой контроль по южной дуге Дружковка-Краматорск. Даже без немедленного штурма это ухудшает работу украинской логистики. Во-вторых, можно собирать клещи: давление с района Константиновки снизу, с района Часова Яра/Бахмутского направления с востока, и с лиманского направления сверху. В такой логике прямой штурм Краматорска может быть не первым шагом. Рациональнее сначала делать жизнь военной агломерации логистически невыносимой.
В-третьих, Москва получает политический аргумент – освобождение ДНР выглядит реальным на горизонте в несколько месяцев. Главное теперь не надышаться очередным духом какого-нибудь Анкориджа.
В ближайшие недели нас ждет не немедленный бросок на Краматорск, а закрепление в Константиновке и выдавливание украинских остатков из серой зоны. А также расширение давления на коммуникации, а не обязательно прямой штурм. Для Украины опаснее не сам факт российского флага в Константиновке, а превращение дорог снабжения Краматорска и Славянска в зону постоянного поражения.
Автор — политолог, публицист, философ, замдиректора Института РУССТРАТ, шеф-редактор информационного агентства REGNUM, руководитель интернет-проекта «Империя»
